о.Арониус (o_aronius) wrote,
о.Арониус
o_aronius

  • Music:

Новые ихневмоны, или рождение современного шедевра

Из романа Хелен Девитт Последний самурай, прочитанного по наводке почтенного avva.

Затем художник вернулся в Англию. Он видел белый цвет и видел красный и решил вернуться в Англию, чтобы увидеть еще больше красного. Он пошел на бойню и сказал управляющему, что ему нужна кровь... Художник захватил с собой пять пластиковых канистр для садового мусора. И мужчина наполнил их кровью. Контейнеры оказались тяжелыми, каждый пришлось нести к машине вдвоем. Мужчина поехал вместе с художником и помог ему занести канистры на второй этаж. Там они наполнили ванну кровью, и мужчина ушел.

Художник разложил на полу в мастерской листы бумаги. Такие же листы он разложил и на всем пути от ванной комнаты до мастерской, и на полу в самой ванной — тоже. Затем он вошел в ванную и установил там видеокамеру на штативе. Включил ее и как был, в одежде, влез в ванну. Медленно опустился и сел на дно, ухватившись руками за края. А потом и вовсе вытянулся во весь рост и убрал руки и распрямил ноги. Теперь над красной поверхностью торчала только его голова. Позже он сказал, что когда открыл глаза и огляделся, кровь вовсе не показалась ему такой красной, как он надеялся. Не такой красной, как он ожидал.


Тогда он сел, и кровь стала стекать с его волос по лицу, и он открыл глаза и уставился прямо в камеру. А потом встал и вышел из ванной. И прошел босиком прямо в мастерскую. На заранее разложенных листах бумаги оставались следы, но и они тоже не слишком впечатляли, потому что большая часть крови уже успела стечь, а та, что осталась, уже почти высохла.Затем он дождался, пока высохнут листы бумаги, и заменил их новыми. Вернулся в ванную, снял окровавленную одежду и бросил ее на пол, после чего снова залез в ванну. И вся процедура повторилась снова.

Он повторил ее еще несколько раз, пока в ванной не осталась лишь жалкая маленькая лужица. Собрал остатки крови в чашку, поставил ее на край ванны и пустил воду. И наполнил ванну водой до краев, и теперь уже камера запечатлела его окровавленное тело, лежавшее в чистой, прозрачной воде.

Затем он вылез из ванны и снова прошел по листам бумаги и лег на бумагу.Потом снова пошел в ванную, пустил воду, заполнил ею ванну до краев, снова лежал в ней и повторял эту процедуру несколько раз.Затем, когда он наконец весь отмылся от крови, снова наполнил ванну водой до краев и вылил в нее чашку крови.

Потом спустил воду и продал первое кровавое полотно за 150 000 фунтов. Называлось оно «Пусть коричневое = красное».

Он и до того был известным художником, поэтому новое произведение было продано за 150 000 фунтов. И любители живописи были заинтригованы и ждали других полотен, с не менее занимательными названиями, и они были проданы еще дороже. Знатоки живописи пришли к единодушному мнению, что наиболее интересными полотнами были именно последние — те, где кровь уже подсохла или же была слегка размыта водой. Впрочем, кое-кто из другого лагеря утверждал, что первые все же круче. И еще всем страшно понравился фотоколлаж ванной, он ушел за 250 000 фунтов, а также инсталляция с видеокамерой. У всех шедевров были весьма оригинальные названия, ни один из них не назывался, допустим, «Кровавая ванна» или же «Никакой это не красный», потому что это было бы слишком примитивно.

Затем он наполнил ванну синей краской, произвел все уже известные нам процедуры и назвал свой новый шедевр «Пусть синее = синее». «Пусть синее = синее» показалось знатокам куда более пикантным и вызывающим произведением, нежели «Пусть коричневое = красное», к тому же такого рода полотнами люди охотней украшают свои дома. Эскизы к этому шедевру были проданы за 100 000 фунтов каждый, а некий анонимный американец приобрел все работы за совершенно неслыханную сумму в 750 000 фунтов, и художник стал очень богат.

Сибилла взяла меня с собой, когда ходила смотреть выставленную в галерее «Саут-Бэнк» «Пусть коричневое = красное». Но я тогда был еще слишком мал, чтобы оценить этот шедевр. Затем, в 1995 году, когда мне исполнилось восемь, мы с ней ходили на Серпантин, озеро в Гайд-парке, где в павильоне было выставлено полотно под названием «Пусть синее = синее». Сама Сибилла считала, что «Пусть коричневое = красное» и «Пусть синее = синее» должны стать определяющими и программными художественными произведениями первой половины следующего века, как бы его знамением, и что будущие художники неизбежно станут воспринимать их более снисходительно. Что касается меня, то я отдаю должное мастеру, но не могу сказать, что он принадлежит к числу моих любимых живописцев.


Очень надеюсь, что сама писательница в данном случае разделяет позицию Аверченко с его "ихневмонами". До до конца в этом не убежден.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments