September 15th, 2010

o_aronius

Еврейский след в убийстве Андрея Боголюбского

С удивлением обнаружил, что не давал рекламы одной статьи, которую повесили еще летом.
Исправляю это упущение.

Критика, полезные замечания, ссылки на неупомянутые источники, и просто читательские отзывы всячески приветствуются.

«Повесть об убиении Андрея Боголюбского», включенная в Ипатьевскую летопись, называет имена нескольких заговорщиков: «Началникъ же убиицамъ бысть Петръ, Кучьковъ зять, Анбалъ, ясинъ ключникъ, Якимъ, Кучьковичи, а всихъ неверныхь убииць двадцать числомъ». Но в Пискаревском летописце этот список приводится в несколько другом варианте: "Свои милостивницы были, а нынеча окаяннии убицы Кучковичи, начальник им бысть Петр, Кучкович зять, Анбал Ясин ключник, Иоаким, иже бе его князь любил, и Ефрем Моизич; а всех окаянных убиц двадцать"...

Положение, однако, изменилось, когда в ХIX веке убийством Боголюбского заинтересовался Сергей Михайлович Соловьев. Несмотря на крайнюю скупость летописного свидетельства, знаменитый историк счел возможным идентифицировать загадочного заговорщика как еврея или крещеного еврея

Еще креативнее к версии о «еврейском следе» в убийстве Боголюбского подошел современный российский историк Юрий Кривошеев. По его мнению, «наряду с языческими и христианскими традициями, широко представленными в событиях, сопутствовавших гибели Андрея Боголюбского, имеется вероятность присутствия и элементов иудейской обрядности»; иными словами, преступление имело ритуальный характер.

Вернемся, однако, к исходному тезису, на котором строились все рассуждения митрополита Иоанна, Кривошеева и других исследователей «еврейских мотивов» убийства Боголюбского, — тезису о еврейском происхождении Ефрема Моизича. При всем уважении к Соловьеву, на его довод, что отчество «Моисеевич» — доказательство еврейства, хочется ответить цитатой из старого анекдота: «А Исаакиевский собор, по-вашему, синагога?» </а>