Труды и дни. Памятная книга Слуцка

Получил вчера очередной плод своих трудов - экземпляр сборника воспоминаний выходцев из Слуцка и окрестных местечек, который аз, многогрешный, перевел еще до короны. Насколько мне известно, это первый подобный труд, переведенный на русский язык (хотя на других языках таких памятных книг сотни). Так что огромное спасибо московскому юристу А. П., который взял на себя всю финансовую часть этого проекта.

Целиком книгу можно скачать по этой ссылке. Здесь же выложу небольшой отрывок

Суд над йешивой
Рабби Ашер Сандомирский

До 1920 года йешива «Эц хаим» оставалась в своем здании. После того, как большевики забрали и здание, и общежитие, мы снова вернулись с синагогу портных. Там мы учились неофициально, не зная, кто формально возглавляет нашу йешиву, поскольку последние старались остаться неизвестными. Вместе с реб Элиэзером-Ичей мы обходили жителей города, собирая пожертвования (деньги и хлеб) для студентов йешивы.

В какой-то момент я был арестован. Меня посадили в отдельную тюремную камеру. Началось следствие. Я просидел в тюрьме месяц. Следователи интересовались: кто руководит йешивой, каким образом она функционирует? Какое отношение я имею к йешиве? После этого меня освободили до суда, который проходил на идиш.

Председатель суда Корт приехал из Минска. Кроме меня, перед судом предстал рабби Исер-Залман Мельцер, которого обвиняли в том, что у него нашли квитанцию о получении денег для йешивы: почтовый перевод на имя рабби Мельцера. Арестовали так же сына Маса, за разговоры в синагоге, где он призывал протестовать против запрета изучения Торы. Поскольку синагогальные служки разрешили развесить объявления, к суду привлекли и их. Среди них были реб Натан Фишенкорн, служка синагоги «Краним», и реб Сендер Нахманович, служка синагоги «Мишнает» (отец Ш.Нахмани).

На суд пришло много публики. Состав суда был следующий: Корт, М. Эфрон и некто Трахмилевич, живший в квартире рабби Мельцера в комнате, конфискованной властями.

Первым суд допросил Маса. Молодой йешиботник беспокоился за свою судьбу и все время постукивал кулаками по столу, как делал всегда когда учил Тору. Его разумные ответы, сопровождаемые жестикуляцией, превратили суд в настоящее представление.

Следующим вызвали реб Натан из синагоги «Краним». Перепуганный, он совершенно запутался и заявил, что он – сват и сутенер. Таким образом он хотел доказать, что не является профессиональным служителем культа, но имеет другие заработки, которых, правда, не хватает ему на жизнь.
Его спросили:
- Вы читали контрреволюционный плакат, вывешенный в синагоге?
- Немного прочел, большую часть не прочел, поскольку у меня не было времени
- Так что же вы успели прочесть?
- Ничего не успел.
- Вы говорите, что вы сват, что вы сводник – такой деловой человек не может заработать на жизнь?
- Да, я прочел.
- Если вы прочли, то почему разрешили повесить контрреволюционное обвинение.
- Я не читал! – в отчаянии воскликнул он, и без сил рухнул на стул.

Я вмешался, и сказал, что он может умереть от сердечного приступа, и что нужно позвать врача.
- Вы что, общественный защитник? – раздраженно спросил судья Корт.
- Да, я общественный защитник, - ответил я, - Если человеку плохо, я хочу ему помочь.

Вызвали доктора Майзеля, который привел реб Натана в чувство.

Тем временем меня вызвали свидетельствовать. Первый вопрос, который мне задали, звучал так:
- Какая власть лучше, царская или народная?
- Я не политик. У нас считается: закон страны – закон. Мы же должны молиться за любое правительство, - ответил я.

Следующим вызвали реб Сендера, служку синагоги «Мишнает». Его спросили о смысле известного стиха из книги «Берешит», но произнесли его неправильно, смешались и замолкли: «Ну, ну, продолжайте», - сказал реб Сендер. Зал грохнул от хохота. Поскольку служка был пожилым человеком, ему ничего не сделали.

Судебный процесс продолжался и в пятницу. Когда настала суббота, рабби Мельцер, реб Натан и автор этих строк начали молиться. Мы молились в полный голос, что привлечь внимание публики. Суд продолжался и в субботу, а так же в воскресенье и понедельник.

Меня спросили:
- Прежде вы сказали, что нынешняя власть нравится вам больше – почему?

Я ответил:
- Прежде я никогда не бывал в театре. Теперь же, благодаря советской власти, я не просто побывал в театре, но стал артистом.

В зале засмеялись.

Отчет о судебном процессе послали в ЦИК в Минск. На наше счастье, всех обвиняемых отпустили.

Примерно через полгода в моей квартире устроили ночной обыск, и нашли среди бумаг письма из Америки, свидетельствующие, что я занимаюсь делами йешивы. Второй раз меня судил еврей по фамилии Менкин. На суде меня снова допрашивали (рабби Исер-Залман к тому времени уехал в Клецк).

Меня спросили:
- В чем заключается ваше учение?
- Почему «ваше учение», а не «наше учение»? – ответил я вопросом на вопрос.
- Какова природа вашего учения? Социалистическое оно или буржуазное?
- Наша Тора совершенна. Ваши социалистические идеи заключены в Торе, существовавшей задолго до социализма.
- Если ваше учение социалистическое, почему же в Торе сказано: «Ибо нищие всегда будут среди земли твоей»? Очевидно, что перед нами буржуазное учение.
- Почему вы прицепились именно к этому стиху? – ответил я, - Разве не сказано так же: «Не будет у тебя нищего»?
- Однако каково объяснение предыдущего стиха, выражающего буржуазную точку зрения? – настаивали судьи. – Ведь именно этим учением вы пичкаете маленьких детей, не так ли?
- Я побывал в Петрограде во время голода. В тот же день в город привезли хлеб, и раздали жителям города хлебные пайки. Чернорабочий получил полтора фунта, мастер – фунт, обладатели свободных профессий (врачи, инженеры и т.д.) – три четверти фунта, а бывший буржуй – четверть фунта. Так что и при вашей власти есть разница между богатыми и бедными. Да и в нашем городе комиссар ездит в автомобиле, а зять раввина, чернорабочий – 40 рублей в месяц получает, и его семья помирает с голоду. Выходит, при вашей власти тоже есть нищета?

- В Торе сказано: «Иноплеменнику отдавай в рост, а брату твоему не отдавай в рост». Это значит: с иноверца, простого рабочего, можно драть семь шкур, а со своего брата-еврея нельзя.
- Я нигде не видел, что, когда говорится «иноплеменник», имеется в виду непременно крестьянин или рабочий. Напротив, наше учение идет плечом к плечу с вашим. Когда дело касается уплаты налогов, буржуй платит высокий налог, и если он вносит налог не вовремя, то платит проценты. Налоги для членов профсоюза гораздо меньше, коммунисты же вовсе почти ничего не платят. А почему? Потому, что вы следуете заповеди: «Брату твоему не отдавай в рост»!

Затем меня спросили о царе Давиде и Бат-Шеве, и о том, в какой йешиве я учился в юности.

В день оглашения приговора слуцкие евреи закрыли свои лавки и пошли в суд (на Залевской улице). Меня приговорили к пятимесячному тюремному заключению и пятилетней ссылке в любое место (по выбору) не меньше чем в ста верстах от Слуцка