о.Арониус (o_aronius) wrote,
о.Арониус
o_aronius

Categories:
  • Music:

Current reading. Оттепель: События. Март 1953 - август 1968 года



За книгу Чупрининa : Оттепель: События. Март 1953 - август 1968 года, которую рекомендовал уважаемый xgrbml', аз, многогрешный, взялся не без опасений, поскольку никаких принципиально новых фактов узнать из нее не надеялся. И, в общем, предчувствие его не обмануло. Тем не менее, время все-таки было потрачено не зря. Поскольку книга оказалась весьма полной и подробной хроникой советской культурной жизни означенной эпохи, это позволило увидеть "картину" и "динамику", а главное - расставить несколько важных точек на разными буквами.

Прежде всего, осознаешь, какой ценой был достигнут последний в истории русской культуры ренессанс (Бронзовый век?), начавшийся после смерти Сталина - какое колоссальное сопротивление приходилось преодолевать едва ли не для каждого шага вперед, причем не только для какого-нибудь "Ивана Денисовича", но и, например, для издания Хемингуэя:

В 1962 году по распоряжению Идеологической комиссии ЦК КПСС Издательство иностранной литературы опубликовало роман ["По ком звонит колокол"]без купюр, но так называемым «закрытым изданием», распространявшимся по специальному списку, для чего каждый экземпляр нумеровался.
Вскоре после этого с просьбой о разрешении на публикацию в ЦК КПСС почти одновременно обратились главные редакторы журналов «Иностранная литература» А. Чаковский (5 июля) и «Новый мир» А. Твардовский (7 июля). Их письма были рассмотрены, но роман под редакцией К. Симонова и с его вступительной статьей было решено издавать не в журналах, а отдельной книгой в Гослитиздате. Однако в 1963 году готовый набор романа был рассыпан, ибо – цитируем записку секретаря ЦК КПСС Л. Ф. Ильичева – лидер испанских коммунистов Д. Ибаррури заявила, что «роман Хемингуэя антикоммунистический и антинародный, в котором фашизм представлен в розовом свете, а республиканцы изображены клеветнически».
Сорвались и попытки опубликовать роман, предпринимавшиеся алмаатинским журналом «Простор» в 1965 году и ташкентским журналом «Звезда Востока» в 1967 году. Так что в конечном итоге публикация романа состоялась лишь в 1968 году в третьем томе собрания сочинений Хемингуэя, выпущенного издательством «Художественная литература».


Хотя отечественных авторов благопопечительное начальство, разумеется, тоже не забывало:

21 апреля 1967. Начальник Главлита П. К. Романов направляет в ЦК КПСС записку, в которой, в частности, говорится:

В угоду определенным тенденциям печатаются и рекламируются малозначительные, а подчас и идейно ущербные произведения таких писателей и поэтов, как М. Булгаков, О. Мандельштам, Б. Пильняк, И. Бабель, А. Белый, Н. Гумилев, Б. Пастернак
.

А во-вторых, становятся отчетливо видны два главных результате Оттепели: в означенную эпоху более менее достойные и талантливыеж люди делают чем дальше, тем меньше мерзостей и подлостей (водоразделом, пожалуй, стало "дело Пастернака"). А во-вторых, даже весьма одиозные личности время от времени начинают творить добро. То Сурков всячески способствует изданию Ахматовой, или напишет: "Надо знать и Цветаеву, и Мандельштама, и Хлебникова, и Пастернака. Они талантливые люди и внесли свою лепту в обогащение русской поэзии". То Михалков (Михалков!) ходатайствует о "о пожизненной выплате авторского гонорара вдове Михаила Булгакова – Елене Сергеевне или "реабилитации актрисы Зои Федоровой"..., и т.д.

Чем это объясняется, думаю, вполне понятно: Софья Власьевна ощутимо ослабила хватку, оставив подданным гораздо больше относительно безопасного пространства. Есть огромный соблазн объяснить этим же упомянутый "Бронзовый век". Но, увы, мешает одно обстоятельство: после 91, когда свободы стало вообще сколько хочешь, ничего подобного не повторилось, скорее наоборот.

В общем, книгу, ИМХО, будет полезно прочесть даже тем, кто достаточно в теме.

Ну и на десерт - отрывок из стенограммы обсуждения одной постановки 1960 года. Название пьесы и имя автора, по традиции, оставляю для мини-свояка, хотя, мне кажется, это достаточно просто: (UPDATE: действительно просто; в комментах уже есть ответ)

О. Ефремов. «Считаю: за спектакль в том виде, в котором он сейчас у нас идет, мы действительно не можем отвечать. Двусмысленность его в том, что по внешней линии, по некоторым нарочитым репликам, неорганичным, я считаю, для этой сказки, – спектакль направлен против гитлеровской Германии; с другой стороны, зрители узнают в героях спектакля свои пороки, недостатки. С этой точки зрения пьеса вызывала у нас сомнения с самого начала, но мы думали, что, усилив антифашистскую направленность пьесы, мы сумеем верно адресовать спектакль. Теперь по реакции зрительного зала мы видим, что произошло обратное.

Предлагаю: убрать из пьесы все антигитлеровские реплики, чтобы наш спектакль в конечном итоге был сказкой – аллегорией, где сказочное королевство без вульгарных точных указаний времени и места, специальная форма – жанр, при котором зритель непосредственно видит критику присущих нам <…> недостатков, как-то: лицемерие, подхалимство, ложь, трусость, бюрократизм и т. д. – всего того, что мешает нам жить <…> Безусловно, многие из этих пороков есть последствия недавнего культа личности. Но я считаю – критиковать их надо, полезно, необходимо».
Т. Щербаков: «Считаю, что о наших недостатках нужно говорить, но делать это нужно с доброжелательных позиций, в форме веселой театральной сказки».

Кваша: «Нам не нужно ставить пьесу против культа личности, а это есть в материале и в нашем спектакле. Этот вопрос устарел, и бестактно было бы муссировать его».

Толмачева: «Я согласна с т[ов.] Квашой. Мы ни в коем случае не должны задавать в спектакле вопрос о культе личности. Это большой вопрос нашего времени, слишком много об этом говорилось, слишком много мы пережили».

Т[ов]. Иванова: «Я согласна с т[ов]. Квашой, [что] чем меньше мы будем задевать вопрос культа личности, тем лучше и здоровее будет спектакль».

Кваша: «Нам не нужно ставить пьесу против культа личности, а это есть в материале и в нашем спектакле. Этот вопрос устарел, и бестактно было бы муссировать его».

Толмачева: «Я согласна с т[ов.] Квашой. Мы ни в коем случае не должны задавать в спектакле вопрос о культе личности. Это большой вопрос нашего времени, слишком много об этом говорилось, слишком много мы пережили».
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments