Календарное. Реквием многоразового использования
Совершенно случайно обнаружил, что едва ли не самое неожиданное и смелое мероприятие в честь сегодняшней даты пройдет в Москве:
Во втором отделении в исполнении звезд мировой оперы прозвучит «Реквием для солистов, хора и оркестра» Дж. Верди. На сцене зала «Стравинский» в сопровождении художественного видеоряда и кадров архивной хроники выступят двукратный обладатель премии «Grammy» Ильдар Абдразаков, заслуженная артистка России солистка Большого театра Агунда Кулаева, солисты театра «Геликон-опера» Ольга Щеглова и Иван Гынгазов, хор и оркестр театра «Геликон-опера» под управлением Валерия Кирьянова.
«Реквием» Дж. Верди исполняется на русском языке. Русский перевод, в котором прозвучит сочинение, делает доступным для широкой аудитории латинский текст «Реквиема» и дает возможность слушателям в неразрывном единстве воспринять всю силу духовного и общечеловеческого содержания этого великого произведения. Автор русского текста и режиссер-постановщик «Реквиема» – Сергей Новиков. Источник
Не могу не сказать, что не понимаю логику такого решения (помимо чисто музыкально-эстретической) - например, таким образом имплицитно опровергаются некоторые неверные представления о Холокосте. Доводы contra, впрочем, тоже вполне очевидны. Но я сейчас не об этом: когда аз, многогрешный, увидел эту новость, меня не покидало ощущение дежа вю. И вот сегодня утром внезапно вспомнил: тот же самый "русский" Реквием, правда, в менее звездном составе, прозвучал два года назад на вечере в честь снятия блокады Ленинграда!
Так что не могу не процитировать покойного Владимира Ланцберга:
Март 1974 года, первый тираспольский фестиваль. Все еще в шоке от чилийских событий. Только ленивый не написал своего посвящения Виктору Хара, который, кстати, оставил тяжелое наследство в виде проблемы -- как писать его фамилию в дательном падеже, если в русском языке мужские фамилии склоняются, а получается не вполне благозвучно.
И вот на сцену выходит куйбышевский автор Станислав Маркевич и громким голосом объявляет:
- Виктору Харе! -- и поет свою песню.
И песня какая-то странная: вроде бы с Харой дело было на стадионе, а тут подвалы какие-то, казематы, решетки, и песня, словно птица, вырвавшись на свободу, шурует вокруг земного шара, и т.д. И вдвойне странно то, что песню эту вроде бы слышал рассказчик где-то, причем задолго до чилийских событий...
Ну конечно! Декабрь 1972 года, первый кишиневский фестиваль. На сцену выходит Слава Маркевич и громовым басом провозглашает:
- Микису Теодоракису!.. (c)