Current reading. Глюк, Гендель и другие жертвы антисемитизма

Читаючи монографию The Most Musical Nation: Jews and Culture in the Late Russian Empire, о которой аз, многогрешный, писал в прошлом постинге, наткнулся на следующую сноску:

At the Moscow Conservatory, authorities not only named the school after Tchaikovsky rather than its founder, Nikolai Rubinstein, they also removed Felix Mendelssohn’s portrait from the Great Hall to be replaced with that of an ethnic Russian composer, Alexander Dargomyzhsky (though Richard Wagner’s portrait reportedly remained)

Заинтересовавшись этой историей, аз, многогрешный, решил проверить - и сразу на наткнулся на следующий материал:

Есть свидетельства двух современников, связывающих это "изъятие" с одним и тем же печальной памяти событием советской истории, к которому имеет прямое отношение сталинская политика государственного антисемитизма и шедшая полным ходом под руководством Андрея Жданова борьба с "безродными космополитами" в искусстве. Профессор Я.Л. Рапопорт, которого чуть позже непосредственно коснулось так называемое "дело врачей", пишет: "Надо сказать, что советское общество тех лет было психологически подготовлено к появлению "дела врачей' (или другого, ему подобного) в ходе так называемой кампании борьбы с космополитизмом, начавшейся в 1948 году, когда вдруг выяснилось, что "безродные космополиты" сплошь и рядом оказывались людьми еврейской национальности (это были, главным образом, литературные, музыкальные и театральные критики). Подверглось гонению творчество Э. Багрицкого, М. Светлова, В. Гроссмана, был даже изъят из Большого зала консерватории портрет композитора Мендельсона".

В.М. Фридкин, физик, известный и своими книгами о Пушкине, в автобиографических заметках вспоминает о знакомстве с В.А. Цуккерманом, выдающимся музыковедом, некогда учившимся в Киеве у Феликса Блуменфельда вместе с Владимиром Горовицем, с которым Цуккерман потом потерял связь. "Писать за границу, а тем более в Америку, было опасно. А когда в сорок восьмом Шостаковича изгнали из консерватории, затравили Прокофьева, а год спустя из Большого зала вынесли портрет Мендельсона, он и думать об этом перестал".

И Фридкин, и Рапопорт в сети есть. Если первый ничего больше на эту тему не говорил, то второй добавил важные детали - например, про Вагнера:

"Вынесли" соотечественника Вагнера — немецкого еврея Мендельсона и заменили его Даргомыжским. Не углубляясь в сравнительную оценку творчества обоих композиторов — Мендельсона и его "сменщика", — существенно то, что при строительстве Большого зала Консерватории (в конце XIX века) общественный комитет, руководивший строительством, принял решение, что в медальонах должны быть только симфонисты (у Даргомыжского нет ни одной симфонии). Вопреки этому правилу, Мендельсона, пережившего в Большом зале Консерватории двух царей-самодержцев и царский антисемитизм, заменили Даргомыжским.

Казалось,здесь можно было бы поставить точку - но аз, многогрешный, решил поискать еще немного. И оказался на сайте Московской консерватории, где, среди прочего, прочел:

В 1953 году по решению правительства СССР изображения Кристофа Виллибальда Глюка и Феликса Мендельсона заменили портретами Фредерика Шопена (1771–1810) и Николая Андреевича Римского-Корсакова (1844–1908) кисти Михаила Аркадьевича Суздальцева (1917–1998), а изображения Георга Фридриха Генделя и Йозефа Гайдна - портретами Модеста Мусоргского и Даргомыжского кисти Николая Мещанинова

Уж не знаю, чем Глюк или Гайдн провинились перед Софьей Власьевной больше Вагнера. Но что-то мне подсказывает, что к антисемитизму их "опала" никакого отношения не имела. И замена их портретов, соответствено, была связана с другой, хотя и родственной идеологической кампанией.

Ни к Рапопорту, ни к Фридкину никаких, претензий, разумееся, быть не может - оба писали через много лет, и явно знали об этом не из первых рук. Но вот от "научного аппарата" издания ведущего университета все-таки ждешь немного большего.
При том, что книга, в общем, хорошая.