о.Арониус (o_aronius) wrote,
о.Арониус
o_aronius

Categories:
  • Music:

Онегин с Ленским просыпаются в одной постели с пингвином: режопера, взгляд изнутри

Как знают постоянные читатели этого ЖЖ, аз, многогрешный, время от времени пишу о различных достижениях режоперы. Однако никакому любителю не сравниться с профессионалом.

Итак, держите и наслаждайтесь: сводный режоперский "Онегин", отрывок из мемуаров одного из ведущих баритонов недавнего времени. Лонгрид, но оно того стоит.
От себя добавлю, что некоторые постановки, послужившие источником вдохновения, я тоже видел, и могу со всей ответственностью сказать, что автор ничего не придумал, а кое-что даже упустил - например, шедевр, где на петербурском балу среди гостей присутствовали медведь, красноармейцы, патриарх и космонавты!

Звучит оркестровое вступление. Задолго до ремарки Чайковского, а практически сразу, поднимается занавес. На пустой сцене стоит венский стул. На стуле сидит человек с длинными нечесаными волосами. На него с колосников падают осенние листья. В первый момент возникает ассоциация с болдинской осенью,
209
с Пушкиным. Это вы, может быть, читали Пушкина и знаете про болдинскую осень. Нет! Ошибаетесь! Это просто Онегин, и он просто сидит на стуле. Листья на неподвижную фигуру сыплются до конца увертюры. Первая картина, как нам известно, — сад в имении Лариных. Глупая ошибка, штамп. У нас будет ферма
со свинарником на заднем плане. И на этой ферме Ларина в ситцевом халате нараспашку, под ним — несвежее комбине, в шерстяных носках и домашних туфлях без задников стрижёт крестьян, стоящих перед ней на коленях, электрической машинкой («… брила лбы» у Пушкина). Около неё гора волос, которые она, очевидно, будет использовать позже для набивки подушек. За свинарником — поля пшеницы (должно быть понятно, откуда крестьяне принесли сноп разукрашенный) и тот же венский стул, на котором теперь сидит няня (Филипьевна), одетая в платье времён американской гражданской войны и чепец с кружевами и лентами. Филипьевна острым ножиком чистит яблоки, беря их из корзинки, куда же и кидает кожуру и мелко нарезанные кусочки. Наверное, у Лариных где-то есть любимая свинка и добрая нянечка готовит для неё обед. В углу, у небольшой колонки с букетом орхидей (дело, как мы помним, происходит в саду), стоит игровой автомат, а около него Ольга и Татьяна в очках, одетая в серую блузку с рюшами, серую юбку в сборку и с причёской «любительницы абсента». Начав петь дуэт, они выходят на авансцену и присаживаются на плетень, который отгораживает поле от колонки с цветами. Перед плетнём стоят два микрофона и динамики для караоке. Татьяна сидит смирно, а шалунья Ольга качает ногой, обутой в лапти, — дело, как мы помним, происходит в деревне, — и время от времени делает вращательные движения нижней частью тела. Няня, кокетливо поправив ленты на чепце и ущипнув Ларину, приводит на сцену полк крестьян и крестьянок в красных
210
штанах и платьях. Они несут стог сена и жаровню с пламенем до неба — дело, как мы помним, происходит осенью, холодно. После танцев с потрясанием серпов и молоточков (очень русское, часто виденное режиссёром в кино) няня выкатывает на сцену огромную бочку с вином, которую благодарные крестьяне с поклонами на четыре стороны быстро уволакивают за кулисы. Пьянство — есть веселье на Руси. Няня застёгивает халат на Лариной и гладит её по спине, потому как приехал Ленский и надо выглядеть прилично. Ведь под халатом у Лариной декольте такой глубины и ширины, что Ленский должен по идее онеметь в первую же секунду. Но он то ли крепок духом, мерзавец, а скорее, просто глаз на мадам не положил. И, даже наоборот, виновато улыбаясь и нежно обнимая Онегина за талию, пытается объяснить, чем его прельстила Ольга. Евгений, выяснив, с которой из девиц он должен познакомиться, высвобождается из объятий Владимира и подходит к Татьяне. Та, кокетливо протирая подолом платья очки, объясняет ему, что зрение её слабовато, поскольку она «читает много». Ленский поёт своё ариозо Татьяне в дальней кулисе, а в это время Ольга оживлённо заигрывает с Онегиным, который очень серьёзно обсуждает чтение, которое «даёт нам бездну пищи для ума и сердца» с проходящей мимо группой трансвеститов. Из дома выходит Ларина и, улыбаясь, как старая сводница, приглашает попить, очевидно, чайку, поскольку мы видим, что из одной кулисы в другую проносят огромный самовар — непременную деталь русского быта. Занавес. Вторая картина — комната Татьяны. Обстановка спартанская. Из мебели только кровать, подчёркивающая, что это спальня. Около кровати на полу сидит большой плюшевый розовый пингвин, любимая игрушка Татьяны. Стен нет. Вокруг густой таёжный лес, в котором на протяжении всей картины что-то
211
копает маленький мальчик. На кровати сидят Татьяна с няней, которая делится своим сексуальным опытом. Вдруг няня спохватывается, что наговорила лишнего, и исчезает, еле-еле протиснувшись в люк, находящийся в центре сцены. Наверное, она живёт в подполе, где хранят картошку. Татьяна ложится на пол и начинает наговаривать письмо Онегину на портативный магнитофон, который она вынимает из-под подушки. За этим занятием её застаёт няня, сообщив, что утро наступило (очевидно, в подполе у неё стоял будильник). Татьяна просит няню, чтобы её внук «сгонял» к Онегину и передал кассету с письмом. Няня отдаёт кассету тому самому пацану, который что-то копал в саду. Он, отряхнув руки от земли, берёт её и убегает. Няня подходит к яме. Оказывается, внук готовил могилку для любимой бабушки. Сложив руки на груди, она ложится туда. В то же самое время Татьяна начинает вспоминать те приятные моменты, когда перед ней стоял образ Онегина и она наговаривала ему текст на магнитофон. Последний становится для неё олицетворением любимого человека, и она начинает возбуждённо гладить и ласкать себя этим чудом техники. Но, пересилив свои чувства, хватает оцинкованное ведро с водой и в экстазе выливает всю воду на себя. Занавес. Декорации следующей картины изображают сад. Деревья… только полный идиот может поставить в саду на сцене деревья. Стремянки! Как это оригинально! Огромные стремянки, уходящие к колосникам. На вершинах этих монстров стоят артистки хора — сопрано и, распевая песню про девиц-красавиц, собирают в корзинки вишню. На сцене стоят ящики с этой вкусной ягодой. Именно про неё они поют «…закидаем вишенью». Но зрителю видны только подолы платьев и голые икры ног под потолком. В это время другая часть женского хора — альты — дворницкими метлами в такт музыки подметают сцену. Онегин, стараясь
212
не глядеть вверх, под подолы хористок, с суровостью учит неопытную Татьяну жизни. В конце концов, взявшись под руки и опасливо косясь на стремянки, они покидают сцену. Занавес. Для гениального режиссёра слово «именины» — звук пустой. И, естественно, он не заморачивается мыслями о Татьянином дне. И поэтому ларинский бал проходит не двадцать пятого января, а как бы в безвременье. Но давайте вернёмся к нашему спектаклю. Под звуки вальса поднимается занавес, и нашему взору предстаёт картина прорыва канализационной трубы. А может быть, весенний паводок. В сельской местности это иногда бывает. Во всяком случае и хор, и балет, и солисты примерно по щиколотку в воде. Дамы в лёгких летних платьях с красными лентами через плечо, на которых написано «Победитель социалистического соревнования», элегантные мужчины в двубортных костюмах с красной гвоздикой в петлице, дети, играющие в карты с Филипьевной, в красных косоворотках. Вся мебель закрыта чехлами, чтобы гости, не дай бог, не попортили красное дерево и не замазали обивку стульев и диванов. Всё это должно подчёркивать торжественность момента. Ну а то, что трубу прорвало, бывает. Все деньги потрачены на бал, а семья небогата, денег на водопроводчика или противостоять стихии нет. Под звуки вальса распадается цепочка женского хора, и взорам публики предстаёт Татьяна в костюме свиньи. Это ей подарок на именины. По сцене бегает карлик, на костюм которого нашиты рыболовные блёсны. Он самозабвенно изображает веселье. Ленский появляется уже слегка нетрезвым. А иначе как объяснить его реакцию на то, что Онегин танцует (в воде) с Ольгой? И на протяжении всей сцены наш Владимир бутылку из рук не выпускает, хотя Онегин, отбиваясь от Татьяны, которая, не найдя взаимности, не выпускает из рук уже известного пингвина, пытается обольстить Ленского. Но тот обижен на Онегина
213
за то, что Евгений танцевал с Ольгой, а не был рядом с ним. И дело кончается грандиозным скандалом. Испуганный карлик с перекошенным лицом прячется в холодильнике. Ларина падает в обморок, обнимая обеими руками Трике, который, судя по поведению, находится с ней в интимных отношениях, и старается обнять ещё двух артистов хора — наверное, бедному французу одному её не утешить. Занавес. Перед дуэлью Онегин с Ленским просыпаются в одной постели, очевидно, после бурной ночи выяснения отношений, и начинают одеваться. Иначе как объяснить то, что они поют «враги…!». В углу спальни, которая тоже обозначена только кроватью и большим, более подходящим для католического собора распятием, тоскует пьяный, почти полностью обнажённый Зарецкий, который не мог пропустить такое удовольствие, как стрельба из пистолета, и поэтому решил заночевать вместе с друзьями. Но его одолевает «сушняк» и, не выдерживая, даже не дав Евгению и Владимиру полностью одеться, он командует: «Теперь сходитесь!..» — Онегин дёргается и стреляет в спину полуодетому Владимиру. Занавес. Как известно, третий акт начинается с полонеза. Но в нашем спектакле ничего подобного этим дурацким балетным штучкам нет. На сцене по диагонали стоит обеденный стол, на котором покоится огромная туша осетра, выеденная в середине (вы, конечно, помните, что Россия — родина чёрной икры и красной рыбы). На сцене уже знакомая нам (только теперь она значительно больше) группа трансвеститов в ковбойских шляпах, а вокруг стола двигается в конвульсиях некто, напоминающий надутую фигуру из передачи М. Е. Швыдкого «Культурная революция». Этот «некто» солирует в канкане, который исполняют трансвеститы. Выходит Гремин, который при ближайшем рассмотрении оказывается Зарецким. Он, очевидно, повышен в звании до генерала. Нежно поглаживая
214
Онегина по спине, он рассказывает, как Татьяна сумела изменить его взгляды. Прозревший Онегин убегает на поиски Татьяны. Она принимает его в своей спальне. Чтобы зрителю было понятно, что это дом аристократа, на сцене, кроме кровати, присутствует зеркало в золочёной раме и ночной горшок. Как известно, русские князья «до ветру» не ходили. На протяжении всей картины на сцену падает крупный снег. Онегин в порыве не присущей ему страсти пытается сначала уговорить, а потом овладеть Татьяной, но терпит фиаско и получает пощёчину. Тогда он вынимает пистолет и пытается застрелиться. Но промахивается и, рыдая, ползёт к углу сцены, где его уже ждёт Ленский, присутствующий в последней сцене в виде духа. Занавес.


В качестве бонуса - отрывок из рассказа о режоперской постановке другой оперы Чайковского (которую аз, многогрешный, тоже видел, и тоже могу подтвердить):

В первой же картине на сцене вместе с гетманом, одетым в красный полувоенный френч, появлялись десять «украинских» парубков, все бритые наголо и в английских костюмах, а двое из них были, как бы поточнее сказать, афроамериканцы. У каждого из них — бутылка водки. Казнь Искры и Кочубея происходила при помощи трамвая номер четыре (трамвай им отрезал головы, очевидно, режиссёр когда-то прочёл или просто слышал про «Мастера и Маргариту»), которым управлял пьяный казак. Естественно, что как только мы — Анатолий Кочерга, Владимир Атлантов и я — всё это увидели, то стали тут же распевать: — Шёл трамвай четвёртый номер. На площадке кто-то помер. Тянут, тянут мертвеца… и так далее. Конечно, режиссёр услышал это и, очевидно, ктото ему перевёл содержание нашей песенки. Во всяком случае номер четыре с трамвая был снят.

Имя автора мемуаров, по традиции, предлагается угадать. Приз угадавшему - прямо в комментах.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments