о.Арониус (o_aronius) wrote,
о.Арониус
o_aronius

Categories:
  • Music:

С рабочего стола: Еврейская жизнь послевоенного Крыма и епископ Лука Войно-Ясенецкий

В свое время аз, многогрешный, с большим интересом и удовольствием прочел биографию замечательного хирурга Войно-Ясенцкого (архиепископ Лука), написанную еще в советское время Марком Поповским. И вот вчера узнал, что в 2018 году вышла новая биография - Святой хирург. Жизнь и судьба архиепископа Луки некого Бориса Колымагина. В которой, среди прочего, обнаружилась глава о жизни иудейской общины послевоенного Крыма.

Всю главу выложил на сайте (и убедительно призываю не проходить мимо и кликнуть, для проекта это важно). Здесь же выкладываю несколько фрагментов - без комментариев, поскольку, ИМХО, текст самодостаточен:

При советской власти последнюю синагогу в Крыму закрыли в 1938 году, а вновь открыли в 1946-м, в областном центре. Так получилось, что долгие годы она оставалась единственной на полуострове.

На праздники в синагоге яблоку негде было упасть. В 1947 году в Судный день, Йом-Кипур (десятый день еврейского Нового года, который начинается осенью, день искупления грехов) присутствовало больше тысячи человек. Кантор из Днепродзержинска Борис Герценштейн пел, как пишет в своем отчете уполномоченный Совета по делам религиозных культов, «с большим вдохновением. На женщин его пение подействовало настолько, что они с громким плачем, как бы ища в этом успокоение, продолжали молиться». На собрании «присутствовали и члены ВКП (б), из них: Зусман З.С., директор симферопольского Райпромкомбината, Гольдберг Д.Б., председатель артели «Красный прядильщик». «По договоренности община уплатила кантору 5000 руб. Для денежных сборов были оборудованы две копилки из коробок от пулеметных лент».

После столь вдохновенного пения уполномоченный посоветовал руководству больше не приглашать кантора. Это была только одна из его тишайших просьб. В рамках «ограничительной» политики, проводимой советской властью по отношению ко всем религиозным объединениям, он потребовал прекратить помощь бедным, не распространять пригласительные билеты на богослужение, не устанавливать радиорепродукторы и даже «не расширять молитвенных помещений за счет постройки в виде шалашей» (на праздник Суккот).

«Перед открытием памятника погибшим гражданам от руки фашистских палачей председатель совета синагоги Франклах и председатель ревкомиссии Мостовой из кассы синагоги пожертвовали одну тысячу рублей на строительство гроба при памятнике, чем нарушили советское законодательство. Франклах и Мостовой с регистрации сняты».

После «ухода» Франклаха и Мостового в синагоге разгорелась нешуточная борьба за власть. Иудеи, «которые стремятся захватить руководство синагогой, прилагают все усилия к срыву молитвенных собраний; они громко разговаривают между собой, подходят к другим верующим и вступают с ними в споры, бегают по синагоге, стучат».

Ради победы над соперником враждующие стороны не брезговали подковерными методами борьбы и апелляциями к властям предержащим. Председатель синагоги «Мизрахи заявил, что, несмотря на предупреждение, раввин Богопольский в Судный день ходил на кладбище для служения, этим нарушил закон… говорил, что член двадцатки Фишман приносит в синагогу польские газеты и иногда их читает. За нарушение законов Богопольского как раввина с регистрации снял и Фишмана вывел из учредителей», – пишет уполномоченный в отчете за 1960 год .

Богопольский пытался оправдаться перед чиновником, впрочем, без особого результата: «Я редко к вам ходил потому, что мне работник НКВД тов. Смирнов запретил к вам ходить. Кроме того, Смирнов предложил мне следить за Фишманом и некоторыми другими лицами»...

Особенно остро борьба за открытие синагоги развернулась в Евпатории. Оттуда одна за другой в Симферополь и Москву ехали делегации, писались письма. Иногда горсовет разрешал верующим проведение молитвенных собраний на дому, но чаще всего отказывал. Причем для запрещения собраний власти неизменно ссылались на отсутствие подходящего помещения. Евреи пытались договориться с караимами и адвентистами, но уполномоченный помешал им сделать это. Евпаторийские евреи «ходили к пресвитеру адвентистов и к руководителю караимской общины, чтобы они свои здания предоставили для проведения молитвенного собрания. Мною категорически запрещено передавать молитвенные дома для еврейских собраний». Когда же наконец верующим удалось приобрести здание, последовали новые репрессии.

31 мая в праздник Шавуот (в ашкеназском произношении Швуэс, основной религиозный смысл праздника – дарование евреям Торы на горе Синай) новый уполномоченный вместе с секретарем горисполкома пришел на квартиру, где собрались евреи. «У домохозяйки Литвиновой Суры Иосифовны обнаружили полностью оборудованную синагогу: престол, кафедру, все необходимые для еврейской молитвы атрибуты и на 200–250 человек стульев и скамеек, часть скамеек расставлена во дворе, так как дом обнесен высокой оградой, в 2,5 метра каменной, стеной с дороги и других дворов.

Из послевоенных событий религиозной жизни в Крыму стоит, наверное, обратить внимание на необычную службу 21 декабря 1949 года.

В этот день в синагоге «состоялось богослужение в честь 70-летия со дня рождения Великого Вождя и учителя Иосифа Виссарионовича Сталина.

В помещении синагоги (напротив кафедры) были вывешены две доски (изготовленные с разделкой под мрамор) с надписями на русском и еврейском шрифтах со следующим содержанием: «Благословение ко дню исполнения 70-летия товарища И.В. Сталина. Тот, кто благословил наших предков Авраама, Исаака и Иакова, Он же пусть благословит, возвысит и возвеличит вождя народов, мудрого учителя трудящихся всего мира, борца за мир во всем мире Генералиссимуса тов. И.В. Сталина.

Господь Бог сохранит его на долгие, долгие годы, продлит ему жизнь на благо и счастье нашей любимой Родины и всего человечества. Аминь». На богослужении присутствовало около 20 мужчин».

О событиях, связанных с «делом врачей», говорится достаточно выразительно: «После опубликования материалов об аресте группы врачей и ареста нескольких врачей по национальности евреев, среди верующих евреев началась некоторая паника. Ряд активных религиозных деятелей синагоги стали подавать заявления об освобождении их от обязанностей членов совета, председателя совета. Кроме того, резко снизилась посещаемость синагоги. До опубликования в печати об аресте группы врачей по субботам молитвенное собрание посещало от 100 до 300 человек, после опубликования от 17 до 25 чел. 7 февраля 1953 г. на молитвенном собрании раввин выступил с проповедью и призвал к спокойствию. После опубликования сообщения Министерства Внутренних Дел СССР о реабилитации арестованных профессоров и врачей посещаемость синагоги резко увеличилась. Например, 5 апреля на вечернем служении присутствовало до 420 человек».

«В дни похорон тов. Сталина верующие евреи в г. Симферополе организованно купили венок, и их делегация из 2-х человек положила венок к памятнику тов. Сталина на привокзальной площади».

С первых дней пребывания на Крымской земле Лука постарался установить нормальные отношения с иудеями. По сообщению начальника управления МГБ СССР по Крымской области, в начале марта 1947 года Лука послал письмо «на имя раввина симферопольской еврейской общины Пинского Юды Гершковича». Он писал, что «среди обращающихся к нему за лечением мало евреев». Но для него как врача-хирурга нет разницы в национальности и вероисповедании. И он просит «довести до сведения еврейского населения, что он лечит больных бесплатно».

Так, собственно говоря, было и в других местах. Показателен в этой связи случай со Штейнбергом. Однажды, во время многочисленных разъездов Луки по епархии, к нему в Керчи в вагон зашел конферансье Аркадий Штейнберг. По сведениям начальника управления МГБ СССР по Крымской области, он «неоднократно целовал Луке руку и называл его исцелителем». Оказывается, в Ташкенте святитель спас его мать от тяжелой болезни.

Спутник сказал Луке, что после его высылки на Север все еврейское население Ташкента переживало и сожалело о случившемся. «Теперь это никогда не повторится, – продолжил Штейнберг, – вы лауреат Сталинской премии». На это Лука возразил: «Это ничего не значит. Капицу же выслали, почему меня не могут выслать?» И тут же высказал мнение, что известный физик, директор Института физических проблем АН СССР оказался под домашним арестом за то, что «отказался работать в области атомной энергии, считая это дело в высшей степени разрушительным и аморальным» .

В публичном пространстве архиепископ Лука всячески боролся с антисемитизмом прихожан, подогреваемым соответствующей государственной кампанией. 3 апреля 1948 года он произнес филосемитскую проповедь «О том, что Пресвятая Богородица была еврейкой», которая стала единственной в СССР подобной декларацией архиерея РПЦ.

Известны и другие публичные жесты солидарности с еврейским народом. 9 мая 1947 года в кафедральном соборе, говоря о победе в Великой Отечественной войне, Лука не преминул напомнить: «Мы помним жуткие дни тирании над евреями городов, сами немецкие палачи ужасались и трепетали, видя зверство».

«Многим из нас бывают противны люди, непохожие на нас, с чертами лица монгольского, китайского или ярко выраженного еврейского типа», – говорил Лука в проповеди «О милосердном самарянине», подчеркивая греховность такой реакции .

27 апреля 1957 года, в день своего восьмидесятилетия, во время праздничного обеда архиепископ попросил стенографистку принести поздравительную телеграмму от иудеев. «Лука рассказал, что поздравления еврейская община прислала потому, что он в одной из проповедей сказал о важной миссии еврейского народа».

Староста симферопольской синагоги Франклах, которого архиепископ когда-то лечил и спас от смерти, сам приходил поздравить архипастыря в дни церковных празднеств. А когда архиепископ болел, за него даже молились в синагоге.

История взаимоотношений Луки и иудеев не закончилась после смерти святителя. Многие евреи с благодарностью вспоминали о великом хирурге, молились и просили его молитв. В середине 1990-х годов врач тамбовской городской больницы еврей Яков Фарбер добился от городского и областного начальства, что его больница будет отныне носить имя архиепископа Луки. Не профессора Войно-Ясенецкого, а именно архиепископа.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments