С рабочего стола: Норвежские евреи и прочие ужасы Евсекции.
Обнаружив, в поисках материалов, статью некой Дары Хорн Self-mutilation as a Jewish cultural strategy and the sad history of the Yevsektsiya, аз, многогрешный, весьма обрадовался. Поскольку тема эта мне интересна, a полноценных исследований о Евсекции до сих пор не попадалось. Плюс, опять-таки, не какой-нибудь кошерный листок, а уважаемый орган, да и аФФторка - не хрен с горы, а кандидат наук, преподаватель университета и прочая, прочая, прочая.
Однако быстро выяснилось, что радость моя была преждевременной. О том, что Евсекция, при всех своих прелестях, объективно тормозила ассимиляцию, автор традиционно не сказала ни слова. (Этого, впрочем, большинство современных критиков Евсекции тоже в упор не видят). Зато нарисовала привычное чудище обло, озорно, стозевно и лайя, которое отвечало за все плохое, что происходило в раннем СССР на еврейской улице:
The Yevsektsiya first eliminated the kehillas, or traditional Jewish community organizations in Russia’s towns and cities, by legally abolishing them...Within a few weeks of the conference, they had successfully raided the offices of every Zionist association in Ukraine and arrested all of their leaders....The Yevsektsiya’s next move was to destroy the Hebrew language in the Soviet Union, which they accomplished by shutting down all schools that taught Hebrew, regardless of their affiliation
Картина и впрямь ужасная. Но есть нюанс (тм). Не знаю, как по-английски, но по-русски достаточно простейшего поиска (Маор-Кандель-Кошаровский), чтобы обнаружить, что за три этих акции отвечало три разных организации - и ни одна из них ни разу не Евсекция!
В июне 1919 года Комиссариат по еврейским делам постановил закрыть на территории РСФСР еврейские общинные учреждения... Летом 1919 года агенты украинского ЧК произвели обыски у видных сионистов Киева‚ Одессы‚ Харькова и потребовали прекратить всякую общественную деятельность под угрозой предания суду Революционного трибунал...Постановлением коллегии министерства образования от 11 июля 1919 года иврит был определен как иностранный язык, не являвшийся одним из разговорных языков народов СССР. Преподавание на иврите и иврита в еврейских школах было запрещен.
Дальше выяснилось, что и о русской истории у мадам весьма своеобразные представления:
The ostensible purpose of the Yevsektsiya was to spread Communist ideology to Russia’s Jewish masses, among whom there were few Bolsheviks in 1917. Russia’s Jewish revolutionaries had mainly been Bundists (socialists), Mensheviks or Trotskyists, who failed to back the winner, Lenin.
Что в 1917 троцкисты не поддержали Ленина (и наркоминдела Троцкого), до такого, кажется, даже Сталин не додумался. Но самым интересным оказалось следующее:
At first, there were so few Jews among the Bolsheviks that the party had to rely on two Norwegian Jews with dictionaries to create Yiddish-language propaganda.
Что это за норвежские евреи, а главное, откуда в Норвегии евреи, говорящие на идиш - к сожалению, так и осталось покрытым мраком.
P. S. И да, разбираясь с этой статьей, нашел прелюбопытные воспоминания об одной из упомянутых в ней деятельниц Евсекции, Марии (Эстер) Фрумкиной:
Мария — образованная, энергичная женщина, мы с ней были давно знакомы. Она работала ректором Коммунистического университета трудящихся Востока. Её отец был старшим раввином в Минске. Он никак не мог смириться с тем, что его старший ребёнок — не мальчик. Потому Марию воспитывали так, как в еврейских семьях принято воспитывать старшего сына. Одевали под мальчика, и утром отец брал её с собой в синагогу, учил древнееврейским молитвам, которым девочку не научили бы никогда. Мария выросла крепкой, с мальчишескими повадками. Окончив в Минске школу, она хотела поступить учиться в Петербургский университет, но еврейкам отказывали в праве жить в столице. Однако Мария нашла хитроумный выход. Она узнала, что еврейки-проститутки могут свободно жить в столице. Она поехала в Петербург, зарегистрировалась в полиции как женщина лёгкого поведения и получила так называемый жёлтый билет. Раз в неделю она должна была отмечаться в полицейском участке.
Мария поступила в университет, сняла комнату, отец высылал ей деньги. Окончив учёбу, она вернулась в Минск и стала учительницей. Писала романы под псевдонимом Эстер, советские евреи до сих пор читают и любят её книги. В Минске Мария входила в правление сионистской организации и активно участвовала в её политической деятельности. Во время нашей тюремной дружбы она разъяснила мне, какая разница между сионистами и другими еврейскими объединениями. Я с интересом слушала её рассказы о религии евреев.
Мемуары эти даже попали в Википедию. При том, что из верифицируемого в ней неверно, в общем-то, все: отец Фрумкиной был не раввином, а купцом; училась она не в университете, а на Бестужевских курсах; а главное - ни одного дня не была сионисткой, поскольку состояла в Бунде, резко антисионистской партии. Так что достоверность остального, ИМХО, столь же сомнительна.
P.P.S. Пожалуй, приведу еще одну цитату из статьи. Без комментариев, поскольку, ИМХО, она и так достаточно красноречива:
Russian Jews at the time could be forgiven for thinking that this zeal was simply part of the new order’s intolerance for religion; after all, churches and mosques were often targeted, too.
Однако быстро выяснилось, что радость моя была преждевременной. О том, что Евсекция, при всех своих прелестях, объективно тормозила ассимиляцию, автор традиционно не сказала ни слова. (Этого, впрочем, большинство современных критиков Евсекции тоже в упор не видят). Зато нарисовала привычное чудище обло, озорно, стозевно и лайя, которое отвечало за все плохое, что происходило в раннем СССР на еврейской улице:
The Yevsektsiya first eliminated the kehillas, or traditional Jewish community organizations in Russia’s towns and cities, by legally abolishing them...Within a few weeks of the conference, they had successfully raided the offices of every Zionist association in Ukraine and arrested all of their leaders....The Yevsektsiya’s next move was to destroy the Hebrew language in the Soviet Union, which they accomplished by shutting down all schools that taught Hebrew, regardless of their affiliation
Картина и впрямь ужасная. Но есть нюанс (тм). Не знаю, как по-английски, но по-русски достаточно простейшего поиска (Маор-Кандель-Кошаровский), чтобы обнаружить, что за три этих акции отвечало три разных организации - и ни одна из них ни разу не Евсекция!
В июне 1919 года Комиссариат по еврейским делам постановил закрыть на территории РСФСР еврейские общинные учреждения... Летом 1919 года агенты украинского ЧК произвели обыски у видных сионистов Киева‚ Одессы‚ Харькова и потребовали прекратить всякую общественную деятельность под угрозой предания суду Революционного трибунал...Постановлением коллегии министерства образования от 11 июля 1919 года иврит был определен как иностранный язык, не являвшийся одним из разговорных языков народов СССР. Преподавание на иврите и иврита в еврейских школах было запрещен.
Дальше выяснилось, что и о русской истории у мадам весьма своеобразные представления:
The ostensible purpose of the Yevsektsiya was to spread Communist ideology to Russia’s Jewish masses, among whom there were few Bolsheviks in 1917. Russia’s Jewish revolutionaries had mainly been Bundists (socialists), Mensheviks or Trotskyists, who failed to back the winner, Lenin.
Что в 1917 троцкисты не поддержали Ленина (и наркоминдела Троцкого), до такого, кажется, даже Сталин не додумался. Но самым интересным оказалось следующее:
At first, there were so few Jews among the Bolsheviks that the party had to rely on two Norwegian Jews with dictionaries to create Yiddish-language propaganda.
Что это за норвежские евреи, а главное, откуда в Норвегии евреи, говорящие на идиш - к сожалению, так и осталось покрытым мраком.
P. S. И да, разбираясь с этой статьей, нашел прелюбопытные воспоминания об одной из упомянутых в ней деятельниц Евсекции, Марии (Эстер) Фрумкиной:
Мария — образованная, энергичная женщина, мы с ней были давно знакомы. Она работала ректором Коммунистического университета трудящихся Востока. Её отец был старшим раввином в Минске. Он никак не мог смириться с тем, что его старший ребёнок — не мальчик. Потому Марию воспитывали так, как в еврейских семьях принято воспитывать старшего сына. Одевали под мальчика, и утром отец брал её с собой в синагогу, учил древнееврейским молитвам, которым девочку не научили бы никогда. Мария выросла крепкой, с мальчишескими повадками. Окончив в Минске школу, она хотела поступить учиться в Петербургский университет, но еврейкам отказывали в праве жить в столице. Однако Мария нашла хитроумный выход. Она узнала, что еврейки-проститутки могут свободно жить в столице. Она поехала в Петербург, зарегистрировалась в полиции как женщина лёгкого поведения и получила так называемый жёлтый билет. Раз в неделю она должна была отмечаться в полицейском участке.
Мария поступила в университет, сняла комнату, отец высылал ей деньги. Окончив учёбу, она вернулась в Минск и стала учительницей. Писала романы под псевдонимом Эстер, советские евреи до сих пор читают и любят её книги. В Минске Мария входила в правление сионистской организации и активно участвовала в её политической деятельности. Во время нашей тюремной дружбы она разъяснила мне, какая разница между сионистами и другими еврейскими объединениями. Я с интересом слушала её рассказы о религии евреев.
Мемуары эти даже попали в Википедию. При том, что из верифицируемого в ней неверно, в общем-то, все: отец Фрумкиной был не раввином, а купцом; училась она не в университете, а на Бестужевских курсах; а главное - ни одного дня не была сионисткой, поскольку состояла в Бунде, резко антисионистской партии. Так что достоверность остального, ИМХО, столь же сомнительна.
P.P.S. Пожалуй, приведу еще одну цитату из статьи. Без комментариев, поскольку, ИМХО, она и так достаточно красноречива:
Russian Jews at the time could be forgiven for thinking that this zeal was simply part of the new order’s intolerance for religion; after all, churches and mosques were often targeted, too.