о.Арониус (o_aronius) wrote,
о.Арониус
o_aronius

Categories:
  • Music:

Бабий бунт в еврейском Нью-Йорке

Очередная статья на проекта Я-Тора, которую по традиции копирую сюда:


В своей «Автобиографической справке» Викентий Вересаев вспоминал, как, будучи в Юзовке, едва не стал жертвой холерного бунта:

В 1892 году, студентом, ездил на холерную эпидемию в Екатеринославскую губернию и самостоятельно заведовал бараком на Вознесенском руднике П.А.Карпова, недалеко от Юзовки. Отношения с шахтерами были у меня прекрасные, доверием я пользовался полным. В сентябре холера кончилась, я собрался уезжать. Вдруг на Покров, 1 октября, рано утром, ко мне прибежал мой санитар, Степан Бараненко, взятый мною из шахтеров, - растерзанный, окровавленный. Он сообщил, что пьяные шахтеры избили его за то, что он "связался с докторами" и что они толпою идут сюда, чтобы убить меня. Бежать было некуда. С полчаса мы сидели со Степаном в ожидании толпы. Много за это время передумалось горького и тяжелого. Шахтеры не пришли: они задержались по дороге во встречном шинке и забыли о нас.(1)

Другим медикам, ставшим жертвами народного невежества, повезло меньше. Так, 30 июня 1892 года толпой, требовавшей «не строить холерный барак, не опрыскивать дворы карболкой и не очищать их от навоза» в Хвалынске был убит молодой доктор Молчанов.(2) Во время холерных беспорядков, прокатившихся по Волге от Астрахани до Саратова, погибло еще несколько врачей. Власий Дорошевич, встречавшийся на сахалинской каторге с участниками бунтов, писал, что и через несколько лет они свято верили, что страдают напрасно, поскольку врачи действительно убивали людей:

До чего свято верили в эту легенду на Волге, только что пережившей перед этим все ужасы голодного года, я убедился потом на Сахалине.
Сосланные за холерные беспорядки, отбывавшие каторгу, потом прощенные, бывшие уже на поселении, продолжали стоять на своем:
- А только сосланы мы ни за что. Никакой холеры не было. И рассказывали легенду о "милиёне".
Присужденные за убийство докторов, -- были в самых лучших отношениях с сахалинскими докторами, любили их, некоторые даже служили преданно, усердно, -- и все-таки стояли на своем:
- Доктора колодцы травили. За то их и убили!
- Да ведь видишь же теперь: разве доктора такие люди, чтобы кого травить?
- Здешние -- дай им Бог здоровья, за них Богу надо молиться! А тамошние были закуплены. Потому милиён. Народ живьем в землю зарывали.(3)


27 июня 1906 года Нижний Ист-Сайд, населенный преимущественно еврейскими иммигрантами из Восточной Европы, внезапно взорвался, словно пороховой склад, куда бросили непогашенный окурок. Сотни еврейских мамаш окружили местные школы, истошно требуя, чтобы учителя немедленно показали им детей, которым доктора якобы режут горло!

Наткнувшись на запертые двери, женщины начали бить стекла. В одной из школ матери раздобыли лестницу и приставили ее к окну второго этажа, надеясь таким образом попасть в школу. На головы директоров и учителей обрушился град идишских проклятий, а в некоторых местах толпа – в лучших традициях Юзовки и Поволжья – начала хватать и избивать всех, кто казался ей похожим на доктора. Многого для этого было не надо – в подозрении в причастности к медицине оказывался всякий, носивший очки. К счастью, по большей части участники беспорядков ограничивались тем, что забрасывали подозреваемых гнилыми фруктами. Однако кое-где угрозы были серьезнее: молодой человек – один из немногих мужчин, участвовавших в «бунте» опознал в одном из прохожих члена местного Совета здравоохранения, и начал угрожать ему заряженным револьвером.

На углу 8-й улицы и авеню C разъяренная толпа еврейских женщин заметила телефонного техника, чинившего провода, у которого с пояса свисали плоскогубцы. Кто-то закричал, что это доктор, а плоскогубцы – инструмент, с помощью которого он вырывает у детей языки. Несчастный был мгновенно окружен и жестоко избит. Потребовалось вмешательство полиции, чтобы избежать худшего.

Что же произошло? В июне, накануне летних каникул, руководство школ решило сделать всем ученикам прививки. При этом мисс Симпсон, директор государственной школы №100, обнаружила, что многие дети, особенно из иммигрантских семей, страдают от аденоидов - патологически увеличенных носоглоточных миндалин, вызывающих затруднение носового дыхания, снижение слуха и другие расстройства. Заботливая директриса предложила родителям отвезти детей в больницу, чтобы там и вырезали миндалины. Однако в ответ она услышала, что, во-первых, люди работают шесть дней в неделю по двенадцать часов, и на такую поездку у них не остается ни сил, ни времени. А во-вторых, за такую услугу врачи берут целых 50 центов, а для бедных иммигрантов, едва сводящих концы с концами, это слишком большая сумма.

Тогда Симпсон решила, что если гора не идет к Магомету, Магомет должен прийти к горе. Поэтому она договорилась с медперсоналом еврейской больницы "Синай", чтобы врачи приехали в школу и прооперировали детей прямо на месте. Доктора не заставили просить себя дважды, и вырезали гланды 83 ученикам.

Поскольку оперировать несовершеннолетних без согласия родителей было нельзя, директор написала им записки, в которых сообщала о предстоящем приезде врачей, и просила дать согласие на удаление гланд. Все родители честно подписали, никто не возражал, сами же операции прошли без осложнений, так что на следующий все ученики благополучно пошли в школу.

К несчастью, заботливые педагоги не учли, с кем имеют дело. Часть матерей не умели читать по-английски или вообще ни на каком языке. Из тех, кто смог прочесть записку, многие не разобрали незнакомые медицинские термины. В результате многие подписали, толком не понимая, что подписывают.

После операции дети вернулись домой, обильно сплевывая кровью, многие не могли говорить. Когда же испуганные матери начали спрашивать, что случилось, в ответ прозвучало: «Доктора резали горло».

Как всегда бывает, слух о «врачах-убийцах» распространился подобно пожару, обрастая все новыми леденящими душу подробностями. «Доктора режут горло» превратилось в «двух детей зарезали насмерть», а затем – в «зарезали 83 детей». Как водится, сразу же нашлись уличные ораторы, старательно подливавшие масло в огонь. Некая Эстер Блувштей, 16 лет от роду, даже была задержана полицией за подстрекательство – она обратилась к толпе с пламенной речью на идиш, утверждая, что своими глазами видела, как учителя убивают детей. (В ходе революции, происходившей в это время в России, среди уличных ораторов, разжигавших страсти, так же хватало юнцов обоего пола: к примеру, на митинге около Казанского собора был убит оратор-студент Бибилаури(4)). Другой уличный оратор описал даже способ убийства – по его словам, бедным детям отрезали головы, и т.д.

Также следует помнить, что всего за две недели до описываемых событий в Белостоке произошел страшный погром, в ходе которого было убито больше 70 евреев. Вся еврейская пресса, естественно, подробно писала об этой трагедии. В результате, по словам New York Tribune, «легко возбудимые невежественные евреи, боящиеся, что русские погромы могут произойти и здесь, ничего не знающие об американских представлениях о санитарии и контроле, осуществляемым Советом здравоохранения над школьниками», отреагировали на возникшие слухи совершенно неадекватно.

О том, что произошло потом, мы уже сказали. К счастью, беспорядки продолжались недолго. После двухчасовой осады директора решили, что лучше распустить детей пораньше. В двенадцати школах Нижнего Ист-Сайда дали досрочный звонок, целые и невредимые дети вышли к матерям, и довольные участники беспорядков разошлись по домам.

О «бунте» в Восточно Ист-Сайде писали, естественно, все городские газеты. При этом в вопросе о причинах и виновниках случившегося мнения, как водится, разделились. Так, идишская газета Ди вархайт винила в случившемся руководство школ, не позаботившееся перевести записки, отправленные родителям, на идиш. Кроме того, директора-ирландцы, по мнению газеты, проявили недостаточное уважение к семьям иммигрантов, с детьми которых можно поступать, как они считают правильным. (Как ирландцы должны были переводить записку на идиш, газета предпочла не уточнять.) Консервативный Моргн журнал возложил всю ответственность на темноту и необразованной иммигранток: заметка о беспорядках была озаглавлено прямо и недвусмысленно – «Глупые бабы».

New York Tribune и New York Times, в свою очередь, предложили целую конспиративную теорию: по их мнению, слух о «врачах-убийцах» запустили… местные еврейские врачи, недовольные тем, что школьное руководство обратилось не к ним, а к их коллегам из больницы «Синай», находившейся совсем в другом районе.

Пользуясь случаем, New York Tribune напомнила читателям, что это далеко не первые массовые беспорядки, устроенные еврейскими иммигрантками. За четыре года до этого они возмущались местными мясниками, за три года – опять-таки докторами, лечившими их детей от трахомы. Кроме того, они регулярно выступали против домовладельцев, то и дело поднимавших плату за съем, а также еврейских банков, возникавших как грибы и столь же стремительно лопающихся, оставляя своих еврейских вкладчиков с пустыми руками.

Читая эту «хронику еврейских бунтов», читатель мог сделать вывод, что евреи – легковозбудимая нация, готовая устроить беспорядки по самому ничтожному поводу. Зерно истины в этом, безусловно, было. Как писал Владимир Жаботинский, «за 400 лет наши нервы сильно расшатались»(5); одна из участниц беспорядков простодушно заявила корреспонденту Evening Post: «Мы, евреи, возбудимая раса». Однако дело, разумеется, было не только и даже не столько в национальности. Всего через два дня после «еврейского бунта» одну из нью-йоркских школа осадила толпа не менее разъяренных итальянок, требовавших, чтобы им срочно показали их детей. Причина была та же: накануне, вернувшись из школы, дети сказали родителям, что «завтра доктора будут резать нам горло». Однако на этот раз педагоги было готовы: наученные предыдущим опытом, они подвели детей к окнам, чтобы все видели, что с ними ничего не случилось. Убедившись, что с их драгоценными чадами ничего не случилось, итальянцы разошлись восвояси, ничего не поломав и никого не побив.

Тем не менее, полиция некоторое время сохраняла повышенную бдительности, и в последний день учебы послала значительные силу к школах с большим количеством еврейских учеников, причем даже в тех районах, где никто не паниковал и не устраивал беспорядков. После недавних событий власти явно хотели перестраховаться. Однако опасения оказались напрасными: все прошло чинно и благородно, а единственным нарушением тишины стали бурные аплодисменты, которыми родители наградили своих детей, показавших сцены из «Венецианского купца».

Обладатели мордокниги, которым понравилось, традиционно приглашаются лайкать и шарить
ЗДЕСЬ, поскольку это важно для проекта.
Subscribe

  • Вагнер в наколках

    Как знают, наверное, все, в Израиле еще с довоенных времен не исполняют музыку Вагнера. Аз, многогрешный, не раз писал, что полагаю эту политику…

  • Current reading: крещение во имя революции

    Как мы знаем, в поздней Российской империи евреи, за редким исключением, крестились по самым разным мотивам, в равной степени далеким от религии.…

  • Благочестие и первая древнейшая

    В своей книге Не только скрипач на крыше, в главе, посвященной торговле живым товаром и разнообразном еврейском участии в этом почтенном…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments

  • Вагнер в наколках

    Как знают, наверное, все, в Израиле еще с довоенных времен не исполняют музыку Вагнера. Аз, многогрешный, не раз писал, что полагаю эту политику…

  • Current reading: крещение во имя революции

    Как мы знаем, в поздней Российской империи евреи, за редким исключением, крестились по самым разным мотивам, в равной степени далеким от религии.…

  • Благочестие и первая древнейшая

    В своей книге Не только скрипач на крыше, в главе, посвященной торговле живым товаром и разнообразном еврейском участии в этом почтенном…