Нет ничего нового под солнцем (c)
Порча репинской картины
Сегодня в городской художественной галерее имени братьев Третьяковых имел место акт дикого вандализма, совершенный сумасшедшим-маньяком.
В 10 ½ час. утра один из посетителей галереи, неоднократно ее посещавший, изрезал знаменитую картину Репина - «Иоанн Грозный, убивающий своего сына», или как она названа по каталогу – «Иоанн Грозный и сын его Иван». Сумасшедший серповидным ножом садового типа сделал на картине три продольных разреза, от восьми до восьми с половиной вершков каждый. Так как лицо Грозного и его сына очень близко сходятся на картине, то один из порезов, пришедшийся именно в этом месте, испортил лица обеих фигур. Все это произошло меньше чем в пять секунд и очевидно, что предупредить это не было никакой возможности, хотя тут же стоял дежурный сторож, который немедленно обезоружил сумасшедшего. Показания служителей галереи о подробностях этого дикого поступка достаточно разноречивы, вероятно потому, что все слишком быстро произошло. Безумец, совершивший это бессмысленное преступление, оказался иконописцем Абрамом Абрамовичем Балашовым, 28 лет, хорошо известный администрации и служащим галереи. Он неоднократно бывал в Третьяковской галерее, смотрел картины, но никто не подозревал, что он человек ненормальный, так как он вел себя всегда скромно и вполне корректно.
По ссылке целая серия газетных сообщений. Из которых, ИМХО, наибольший интерес заслуживает следующее:
Диспут «бубновых валетов».
(Вчера в Политехническом музее.)
В большой аудитории музея собрались «бубновые валеты»:
Развенчивать Репина.
Гостящий сейчас в Москве И.Е. пожелал присутствовать при «надругании» над ним.
Вошел в аудиторию в сопровождении реставратора Д.Ф.Богословского, художннков И.К.Крайтора и Комаровскаго. Скромно занял место на одной из верхних скамей амфитеатра. Добродушно улыбаясь, слушать доклад...
Трудную задачу «разъяснить» Репина взял на себя Максимилиан Волошин. Докладчик вначале же отмежевался от «валетов».
Но общий «врага» нашелся:
Картина Репина «Иоанн Грозный».
— В то время,—утверждает М.Волошин,-—как новая живопись, начиная с импрессионизма, реалистична, творчество Репина остается натуралистическим. А натурализм при изображении ужасного только повторяет несчастные случаи, копируя их.
— Не Репин—жертва Балашова, —восклицает докладчик,—а Балашов—жертва репинской картины.
И с пафосом заканчивает:
— За 30 лет картина Репина принесла много вреда. И надо докончить дело, начатое Балашовым, не в смысле физического уничтожения картины, конечно. Ей не место в национальной картинной галерее! Третьяковская галерея поступила бы благоразумно, если бы пожертвовала ее в большой паноптикума!.. В отдельную комнату с надписью: «Вход только для взрослых!..»
— Прошу несколько слов!—поднимается с места И.E.Репин.
Взволнованно, с дрожью в голосе говорит старик:
— Я не потерял времени, слушая автора. Человек образованный, интересный лектор, много знаний... но... тенденциозность, которой нельзя перенести. Я удивляюсь, как может образованный человек повторять весь слышанный вздор.
Размахивая блокнотом, И. Е. опровергает обвинения в исторических и психологических неверностях картины.
И с обидой протестует:
— Передать картину в паноптикум — мысль, безнравственная для русского человека... Неправда, что говорят о картине. Наоборот, я наслушался столько хорошего о ней и странно мне, что русские люди хотят довершить деяние этого глупца Балашова. Я не подозреваю автора, в том, что он идеть по следам скверных источников...
Сегодня в городской художественной галерее имени братьев Третьяковых имел место акт дикого вандализма, совершенный сумасшедшим-маньяком.
В 10 ½ час. утра один из посетителей галереи, неоднократно ее посещавший, изрезал знаменитую картину Репина - «Иоанн Грозный, убивающий своего сына», или как она названа по каталогу – «Иоанн Грозный и сын его Иван». Сумасшедший серповидным ножом садового типа сделал на картине три продольных разреза, от восьми до восьми с половиной вершков каждый. Так как лицо Грозного и его сына очень близко сходятся на картине, то один из порезов, пришедшийся именно в этом месте, испортил лица обеих фигур. Все это произошло меньше чем в пять секунд и очевидно, что предупредить это не было никакой возможности, хотя тут же стоял дежурный сторож, который немедленно обезоружил сумасшедшего. Показания служителей галереи о подробностях этого дикого поступка достаточно разноречивы, вероятно потому, что все слишком быстро произошло. Безумец, совершивший это бессмысленное преступление, оказался иконописцем Абрамом Абрамовичем Балашовым, 28 лет, хорошо известный администрации и служащим галереи. Он неоднократно бывал в Третьяковской галерее, смотрел картины, но никто не подозревал, что он человек ненормальный, так как он вел себя всегда скромно и вполне корректно.
По ссылке целая серия газетных сообщений. Из которых, ИМХО, наибольший интерес заслуживает следующее:
Диспут «бубновых валетов».
(Вчера в Политехническом музее.)
В большой аудитории музея собрались «бубновые валеты»:
Развенчивать Репина.
Гостящий сейчас в Москве И.Е. пожелал присутствовать при «надругании» над ним.
Вошел в аудиторию в сопровождении реставратора Д.Ф.Богословского, художннков И.К.Крайтора и Комаровскаго. Скромно занял место на одной из верхних скамей амфитеатра. Добродушно улыбаясь, слушать доклад...
Трудную задачу «разъяснить» Репина взял на себя Максимилиан Волошин. Докладчик вначале же отмежевался от «валетов».
Но общий «врага» нашелся:
Картина Репина «Иоанн Грозный».
— В то время,—утверждает М.Волошин,-—как новая живопись, начиная с импрессионизма, реалистична, творчество Репина остается натуралистическим. А натурализм при изображении ужасного только повторяет несчастные случаи, копируя их.
— Не Репин—жертва Балашова, —восклицает докладчик,—а Балашов—жертва репинской картины.
И с пафосом заканчивает:
— За 30 лет картина Репина принесла много вреда. И надо докончить дело, начатое Балашовым, не в смысле физического уничтожения картины, конечно. Ей не место в национальной картинной галерее! Третьяковская галерея поступила бы благоразумно, если бы пожертвовала ее в большой паноптикума!.. В отдельную комнату с надписью: «Вход только для взрослых!..»
— Прошу несколько слов!—поднимается с места И.E.Репин.
Взволнованно, с дрожью в голосе говорит старик:
— Я не потерял времени, слушая автора. Человек образованный, интересный лектор, много знаний... но... тенденциозность, которой нельзя перенести. Я удивляюсь, как может образованный человек повторять весь слышанный вздор.
Размахивая блокнотом, И. Е. опровергает обвинения в исторических и психологических неверностях картины.
И с обидой протестует:
— Передать картину в паноптикум — мысль, безнравственная для русского человека... Неправда, что говорят о картине. Наоборот, я наслушался столько хорошего о ней и странно мне, что русские люди хотят довершить деяние этого глупца Балашова. Я не подозреваю автора, в том, что он идеть по следам скверных источников...